0
15.05.2019

ДОРОГАМИ САТАРОВЫХ

Эта фотография с автографом солдата: «Здесь был Сатаров. Горький» — была недавно привезена из Берлина. Сделана она в обновленном рейхстаге, среди сохраненных с войны надписей наших солдат.

За послевоенные годы издано несколько книг, где публиковались фотографии найденных солдат, оставивших свои автографы на развалинах рейхстага. Мы тщательно их пересмотрели, но солдата с фамилией Сатаров там найти не удалось.

В областной библиотеке можно найти карточки с отметками о газетных публикациях, рассказывавших о найденных земляках — авторах победных надписей. Но и здесь фамилия Сатарова не обнаруживается.

Журналистское любопытство беспредельно. Сейчас есть возможность продолжить поиск, который раньше был невозможен. Рассекреченные документы архива Министерства обороны дают возможность узнать, а много ли Сатаровых из Горьковской области шли военными дорогами. Их оказалось — 26.Причем сразу же обнаружилась интересная закономерность: большинство из них — уроженцы Наруксовского, а ныне Починковского района и жили они преимущественно в сёлах Никитино и Василевке. Звонки в сельсоветы ничем не обрадовали: Сатаровых в этих сёлах нет, говорят, что жили они здесь, но разъехались.

Да, дело давнее, но безнадежно ли мы опоздали в поиске? И что бы стоило, расписавшемуся на стене рейхстага Сатарову поставить хотя бы начальные буковки имени и отчества. Мы бы тут же узнали автора. То, что солдат пометил, что он из Горького, это ни о чем не говорило. У некоторых из Сатаровых стоят отметки, что они уроженцы сёл, а призваны на фронт из Горького. Может быть, работали в областном центре или молодежь там училась. Да и как подсказывает послевоенная армейская практика землячество определялось всегда названием областного центра, а там уж в разговорах и до мелочей дело доходило.

Не дал нам солдат Сатаров уверенного ориентира.

И всё-таки мы попробуем отыскать его. Кому же из 26 Сатаровых удалось увидеть Берлин?

По пути к нему погиб красноармеец Дмитрий Дмитриевич Сатаров. Он был сапером, наводил переправы. На одной из них и был убит. Его часть дошла до Потсдама.

В январе 1942 года во время наступления на Ржев не стало Фатика Сатарова.

Билял Сатаров пропал без вести в ноябре 1942-го.

Красноармеец Иван Матвеевич Сатаров в марте 1943-го погиб в Смоленской области.

Младший лейтенант Иван Андреевич Сатаров был убит в Белоруссии в марте 1944-го.

В феврале и марте 1944 года пришли похоронки на Петра Фёдоровича Сатарова и Ивана Андреевича Сатарова.

В Дании, у города Ренне, был ранен красноармеец Сергей Васильевич Сатаров и там же скончался в госпитале 24 мая 1945 года.

Наградные документы показывают, что некоторые из Сатаровых не смогли закончить войну в Берлине, потому что воевали на других фронтах. Они отметили победу далече от «вражеского логова».

А вот, хоть и слабенькая, но надежда, даже боязно было спугнут ее. Электронный архив выдает наградные листы на Николая Николаевича Сатарова. Что же мы узнаем? Призван на фронт из села Василевка Починковского района в феврале 1943 года. Ему еще восемнадцать лет. Военную специальность определили Николаю самую «на передке» — бронебойщик. Начал воевать в 52-й Гвардейской стрелковой дивизии. Надежда наша совсем окрепла, когда из боевой летописи дивизии мы узнали, что воевала она в составе 3-го Белорусского фронта, нацеленного остриями стрел наступления на оперативных картах фронта в самое сердце фашистской Германии с выходом на Берлин. Только бы уцелел этот молодой воин в боях, только бы дошел…

Но надежде нашей сбыться не удалось. Не попал Николай Сатаров в Берлин. Остался жив, вернулся домой, но в Берлине не был.

В наградном листе, когда представляли его к ордену Славы, об этом говорится так:

«В нашей части тов. Сатаров находится с декабря 1944 года. За это время проявил себя дисциплинированным и требовательным к себе и своим подчиненным младшим командиром. Матчасть вооружения и технику применения ее в бою знает хорошо и успешно обучает своих подчиненных».

Документ датирован мартом 1945 года. В это время он служил в Карелии командиром отделения артиллерийско-пулеметного батальона. Это был по сути тыл. А попал он сюда по причине двух тяжелых ранений, полученных за год боев, был признан частично годным к воинской службе и направлен на долечивание в уже не воюющую часть. Отсюда он и уехал домой, в свою Василевку, и со временем следы его затерялись.

Что ж, неужели мы такие невезучие и не суждено нам будет разгадать, кто был автор победной надписи на рейхстаге? Кто же из Сатаровых «здесь был…»? Мог быть… Точно мы уже об этом никогда не узнаем, но ведь предположить можем. У нас еще осталось несколько карточек с именами Сатаровых. Отложили мы их в сторонку потому, что солдаты эти были уже возрастные, все ровесники века, призванные на войну в самые первые дни ее начала. Из таких мало кто уцелел. А если и уцелели, то служили во вспомогательных подразделениях. Хотя и они могли дойти до Берлина и в рейхстаге побывать… Но вряд ли у них было густо с наградами и вряд ли о них мы что-то узнаем из архивных документов.

Как мы ошибались! Непростительно ошибались.

В первом же наградном листе на младшего сержанта Сатарова Николая Ивановича, 1901 года рождения, получившего в августе 1943 года орден Красного Знамени отмечается:

«Тов. Сатаров с самого начала боевых действий показал себя храбрым и стойким бойцом.

13 июля 1943 года в районе деревни Ульяново, в момент контратаки танков противника численностью до 20, которые двигались прямо на огневые позиции, тов. Сатаров первым заметил их и со словами : «Смерть немецкому фашизму», — открыл огонь. Все бойцы расчета орудия, следуя примеру тов. Сатарова, храбро отражали атаку вражеских танков. Два танка было подбито, остальные повернули назад.

19 июля 1943 года в бою за деревню Ветрово немецкая пехота численностью до батальона при поддержке танков попыталась контратаковать позиции наших войск. Несмотря на шквальный огонь автоматчиков с позиции 150 метров, тов. Сатаров со своим расчетом, ведя огонь из пушки, рассеял атаку пехоты, уничтожив до двух десятков гитлеровцев».

В мае 1944 года, когда Сатаров был представлен к ордену Отечественной войны II степени в наградном листе значилось:

«Товарищ Сатаров в боях с немецкими захватчиками действует смело и решительно. Работая наводчиком, всегда показывает образцы в дисциплине и умении действовать в бою.

В период наступления 12 — 13 марта 1944 года орудие тов. Сатарова находилось в боевых порядках пехоты на прямой наводке. Заметив два пулемета противника, которые не давали возможности нашей пехоте продвигаться вперед, тов. Сатаров выкатил орудие на выгодную огневую позицию и оба пулемета прямой наводкой были уничтожены, что дало возможность нашей пехоте продвигаться вперед.

За период наступления его орудие уничтожило 3 огневые пулеметные точки, одну автомашину с боеприпасами и до взвода пехоты противника».

В этом наградном листе раскрывается его военная специальность или та «работа», о которой говорится. Он наводчик 45 мм орудия 400-й Отдельного истребительного противотанкового дивизиона, который входил в состав 370-й дивизии, сформированной из сибиряков.

Стоит пояснить суть «работы» теперь уже сержанта Николая Ивановича Сатарова. Противотанкистов, которым приходилось «работать» с 45 мм пушками, называли зачастую «смертниками», а их небольшую пушчонку — «прощай родина». Войска эти были особыми. Еще в начале июля 1942 года народный комиссар обороны подписал секретный приказ за №0528, где были и такие строки:

«Установить начальствующему составу этих частей и подразделений полуторный, а младшему начальствующему составу — двойной оклад содержания. Весь начальствующий состав истребительно-противотанковых артиллерийских частей и подразделений, до командира дивизиона включительно, взять на особый учет и использовать только в указанных частях.

Начальствующий, младший начальствующий и рядовой состав истребительно-противотанковых артиллерийских частей и подразделений, находящихся на излечении в госпиталях, после излечения направлять только в указанные части».

Ранен был и Николай Иванович Сатаров, но попал после излечения точно в свою часть. По военной статистике, каждый снаряд немецкого танка, попавший в 45-мм пушку был смертельным для орудийного расчета. Оттого и предоставлялись истребителям танков льготы в виде уважения — такими солдатами не разбрасываются. И опять же военная статистика говорит, что расчета пушек хватало на два-три боя и все в бою зависело от расторопности солдат и смекалки командиров орудий. Так что за умелых солдат держались, да глядя на них не робели и новички. Что стоят такие слова характеристики на Николая Ивановича Сатарова:

«В боях за Родину тов. Сатаров проявил себя смелым, отважным и решительным командиром Красной армии».

Для 370-й дивизии сибиряков Берлинская операция началась 16 апреля 1945 года. В это время она уже была хорошо известной на фронте — Краснознаменной, награжденной орденом Кутузова.

Журнал боевых действий показывает, что бои шли каждый день: «Встретили огневое сопротивление противника», «противник стремится удержать занимаемые рубежи», «части дивизии вели непрерывную разведку противника»…

Но есть в боевых сводках и такие записи: «освобождено 180 военнослужащих французской, чехословацкой, итальянской и бельгийской армий», «освобождено 200 военнослужащих союзных нам армий и до 600 бывших граждан Советского Союза».

Конечно же, есть в боевых сводках и упоминание о противотанкистах. Для них подвернулась новая «работа» — прикрывать войска на марше. Сидение в окопах закончилось. По дорогам Германии непрерывно двигались колонны войск, устремленные к Берлину. Маленькие немецкие городки превращались в очаги обороны обреченных фашистских солдат. Вот где сгодились небольшие, юркие пушки противотанкистов, «гасящие» ружейно-пулеметный огонь. В тех же военных донесениях отмечается, что, прикрывая войска, им приходилось выпускать по врагу до тысячи снарядов в день.

Мы увлеклись поисками фактов боевой судьбы противотанкиста сержанта Николая Ивановича Сатарова и упустили одну главную деталь его биографии: а ведь он уроженец села Василевка Починковского района. Как вы помните, того Сатарова, которому не удалось дойти со своей гвардейской частью до Берлина звали Николай Николаевич. Так не отец ли это с сыном? По годам-то все и сходится. Двадцать четыре года разницы — самое то.

Значит, отцу было суждено оказаться в Берлине? А вот и нет. Проскочила его дивизия Берлин, прошла провинцией Бранденбурга у стен самого «вражеского логова» и пошла на Магдебург. Значит, это не тот Сатаров, которого мы ищем?

Подождите впадать в уныние, не все еще потеряно.

Дивизия получила звание «Бранденбургской» и 5 мая на Эльбе встретилась с войсками союзников.

Последняя запись в «Журнале боевых действий» :

«В течение суток части дивизии наступательных действий не вели и соприкосновения с противником не имели. Располагались в бывших районах сосредоточения, приводили материальную часть в порядок, оборудовали жилые места, была организована помывка личного состава в бане».

Фронтовики вспоминали, что у солдат, оказавшихся в Германии и не попавших с боями в Берлин, желание побывать в нем было велико. И тогда было разрешено возить солдат небольшими группами на экскурсию с обязательным посещением руин рейхстага. Мог побывать на такой экскурсии и солдат, которого мы ищем — Николай Иванович Сатаров. А уж там, повинуясь общему порыву, оставил свой след на стене рейхстага: «Здесь был Сатаров. Горький».

Может быть, он и инициалы свои нарочно не стал писать, мол, расписался за всех Сатаровых сразу: за погибших, за воевавших на других фронтах и за сына своего, если это был действительно его сын. Он не мог не знать, сколько Сатаровых из его родной Василевки ушло на фронт, ведь приходили же весточки из дома: и о погибших сообщали, и о тех, кто с увечьем с войны вернулся. Знайте, мол, Сатаровых.

Теперь знаем!

#газета #землянижегородская #победа #надпись #рейхстаг

Comments & Reviews