Владимир АВЕТИСЯН: Карачун
1
По лесным деревням у нас бродит старинное русское словечко «карачун». Вымолвишь его вслух, и мысленному взору в минуту померещится древнее косматое чудище из сумерек нашей языческой истории!.. Зато смысл его разбирает и стар и мал: карачун – это извод на корню чегонибудь или когонибудь.
Может, в других местах, стесняясь матерных слов, коротко отрежут: мол, «капец!» – вроде немецкого «капут!». Но здесь в открытую говорят: «карачун!» – словно подводят роковую черту, вгоняют в гроб, вбивают осиновый кол!..
«Айда, братцы, на карачуна!» – зазывали предки идти в лес на медведя. И еще одно в памяти всплывает, слово в слово, когда отцы и деды уходили на войну: «Зададим фашистам карачуна! Где наша не пропадала!..»
Говоря без обиняков, словечко выпало из колыбельки старинного народного медвежьего промысла, которым традиционно занимались охотники в здешних местах.
Библиотека – это не просто книгохранилище, а, скорее, центр образования, досуга, общения, культурной и социальной жизни на селе. Если библиотекарь будет сидеть в четырех стенах и выдавать книги тем, кто случайно зайдет, кому это будет интересно?
Фантазировать она любила всегда. И в ту пору, когда была просто Леночкой, и тогда, когда стала Еленой Николаевной. Кем же быть в жизни талантливой мечтательнице, если не художницей? Специализировалась поначалу на росписи по дереву – хохломской и городецкой. Потом и другие виды творчества стали интересны, да и жизнь так распорядилась, что из областного центра, откуда родом, Елена перебралась в Бутурлинский район, в село Большие Бакалды. А в окрестностях глины разной видимо-невидимо: голубой, белой и обыкновенной красной. Простор для фантазии!
Должен ли начальник райсельхозуправления быть менеджером?
в № 4 (1101) 27 января 2012 года читайте