ГЛАЗАМИ «МАЛЕНЬКОГО ЧЕЛОВЕКА»
Уникальные записи сохранили тетради, заполненные крестьянином
Среди книг, с которыми жители села Мотовилово знакомятся охотнее всего, есть издания, которых точно нет ни в одном другом книжном собрании. Все потому, что есть у села свой летописец. Записи он вёл более пятидесяти лет. Они разрослись в двадцать с лишним тетрадей. Параллельно с летописью простой крестьянин писал и замечательные рассказы, слагавшиеся из наблюдений за природой и людьми. Его творческое наследие довольно велико. Многое из написанного до сих пор не опубликовано.
Неприглаженная история
«Имея благонамеренное побуждение и доброжелательность для будущего поколения и настоящих жителей села Мотовилова, я решил излагать повествование об истории нашего родного села», – так начал свои записи народный летописец Иван Шмелёв. Его записи за полвека посвящены родному селу и односельчанам. В рукописных дневниках оживают быт, характеры, забавные и драматические истории. Был Шмелёв простым деревенским мужиком, окончившим четыре класса школы. Воевал, ранен, вернулся в родное село и продолжил вести свой особенный дневник. Из записей выросла уникальная рукописная летопись с начала XX века до полёта Гагарина. Строчки эти – настоящая история, но рассказанная не как «взгляд сверху», а прожитая изнутри, рассказанная самими жителями села. Автор не скрывает, откуда берёт сведения. Многое он слышал мальчишкой, когда мужики собирались вечером у кого-нибудь в избе поболтать и покурить, а то, чему сам был свидетель, пересказывает от первого лица. – Это не приглаженная, не официальная история, – говорит библиотекарь Лариса Янцен, – а живая летопись, изложенная словами простых людей, которые живут буквально за соседним забором. Конечно, эти записи не похожи на то, что печатают в учебниках. Есть в этих тетрадях то, что делает их – явлением! В науке обычно разграничивают три ключевых подхода. Всем известна нарративная («царская») история: это история правителей, полководцев и элит, характерная для учебников и кино, где жизнь простого народа остаётся за кадром. Специалисты выделяют историю тенденций и процессов, то есть социоэкономическую историю, оперирующую цифрами, процентами производства и описанием реформ. В ней тоже нет места отдельному человеку. Но есть и «Новая культурная история», где исторический процесс рассматривается через восприятие обычного человека. Летопись Шмелёва именно такова: главными у него выступают «маленькие люди» – это и делает её ярчайшим региональным памятником такого рода. В литературе этот подход не нов, но там «маленькие люди», скорее, театральны, а в дневниках Шмелёва каждый крестьянин – личность.
Голос из глубины веков
История пути шмелевских тетрадей к читателям полна удивительных совпадений. В 2017 году завбиблиотекой в Мотовилове стала Лариса Янцен. Желая лучше узнать историю села, она искала сведения в интернете и случайно наткнулась на выложенные отрывки рукописей. Связавшись с публикатором, внуком автора Александром Шмелёвым, Лариса Михайловна поразилась: вместе с мужем они купили в Мотовилове тот самый родовой дом, где всю жизнь жил и писал свои дневники летописец Иван Васильевич. Внук сканировал дедовские тетради и публиковал их в сети, стараясь, чтобы труды предка не пропали. Всё началось с семейного альбома: Шмелёвы хотели составить наиболее полную родословную. Собранное древо охватывает 335 лет и 11 поколений семьи, «от Ефима до Александры». Затем дошло и до издания дедовских записей в нескольких книгах. В библиотеке теперь есть и шмелёвская родословная, и двухтомная «История Мотовилова». Внук в предисловии просит читателя о снисхождении: выдержки из дневников он «постарался опубликовать с наименьшей корректурой», чтобы сохранить голос автора. Этот голос звучит теперь для читателя из глубины веков. Сельская библиотека напоминает: русский крестьянин никогда не был чужд высокой мысли и поэтическому чувству. Среди сельских жителей всегда рождались настоящие самородки. Рукописная хроника Ивана Шмелёва – редчайший пример крестьянской микроистории, зафиксировавшей вехи жизни Нижегородского края через судьбы обычных людей. Несмотря на отсутствие академических дипломов, Иван Васильевич обладал врождённым чувством крестьянского достоинства, рассудительным умом и поразительной исследовательской интуицией. Живая история села ведется им весьма дотошно, проникая в тьму веков: ещё в 1613 году ополченцы Минина и Пожарского, возвращаясь из освобожденной Москвы, срубили первые избы у тихих озёрных вод. Поселенцев, по его словам, привлекли озеро и близкий лес, и избы встали окнами на юг, к воде.
Не парадная открытка
В записках есть истории о революционных активистах, о курьёзе с экспроприацией спирта и о карательном отряде, присланном его изымать. Есть рассказ о церкви, разрушенной после революции. Портреты в записках очень подробны. Вот отец автора, Василий Ефимович: «среднего роста, черноватый, аккуратный и бравый… В бане он брился без зеркала, и бороду выбривал безукоризненно. Был левшой, любил пахать и косить босиком. А однажды выменял у пленных австрийцев сигары и угостил всё село». Подробно описан голод, в который Мотовилово погрузилось в 1920 и 1921 годах. Дети ели пестушки, земляные орешки и берёзовые серёжки, в дубравах собирали мешками жёлуди и грызли их, слегка подпалив на печи. «Не этот ли разнообразнейший продукт спас людей от голодной смерти?» – задаётся вопросом автор. Много в рассказах сцен, которые сегодня буквально просятся в кино. Вечером на Радоницу на завалине собрались мужики, чтобы поговорить о севе и о новой власти. Анна Крестьянинова спрашивает, за что царя «сверзили». Яков Забродин уверял, что за растранжиривание золота. Вернувшийся с Гражданской Николай Смирнов, любивший саблей «рубить воздух во дворе», авторитетно заявил, что партий нынче не меньше десятка, и советовал, чтобы во всём разобраться, выписать газету «Беднота»: «Вот так предложил, из бедноты да в лапти!» – просмеяли его за такое предложение мужики. Пока взрослые обсуждали политику, молодёжь занималась своим делом: по улице носились парни со светящимися гнилушками, пугая девок. Словом, Мотовилово в летописи предстаёт не парадной открыткой, а живым миром со всем его светлым и тёмным. – Для нас, библиотечных сотрудников, это не просто текст, это – феномен книжной культуры, – рассуждает заведующий научно-исследовательским отделом ЦГБ им. А.М. Горького Леонид Яксяргин. – Книга – это не только то, что скрывается под обложкой. Мы понимаем, что, например, Библия или «Капитал» Маркса – это не просто книги, это культурные события общественные, которые меняли мир или отражали его свидетельством. Масштаб исторического охвата в дневниках Шмелёва удивителен: он описывает – три революции… Первая мировая, Гражданская война, коллективизация, Великая Отечественная война, послевоенное восстановление и дальнейшее развитие. В его тетрадях виден изменившийся мир… И когда человек рассказывает индивидуальную историю на фоне таких событий, он волей-неволей становится важнейшим свидетелем – летописцем.
Подскажут, где искать
Летопись села вышла в книгах, но на этом история не закончилась. Дальше слово за библиотекой. Лариса Михайловна рассказывала об уникальном двухтомнике на окружных и всероссийских конференциях и презентациях. Благо для арзамасского библиотекаря это дело естественное: в Арзамасе практикуется проведение «открытых книг», когда сотрудники рассказывают о прочитанном устно и письменно. Издание вышло малым тиражом, и сама собой книга до массового читателя не дошла бы. Библиотекарь помогла распространить несколько комплектов среди односельчан. «Это же останется на руках. Книга уже сейчас библиографическая редкость», – гордятся сельчане, ставшие обладателями двухтомника. Следующий шаг уже продуман: разработаны указатели. Алфавитный указатель имён, тематический, географический – эта работа библиотекаря превращает книгу из собрания страниц в рабочий инструмент. Двухтомник не просто текст, а культурное событие, которое для Нижегородской губернии почти не имеет аналогов.
Есть такая сила
Как отмечает Яксяргин, к народным хроникам специалисты частенько относятся скептически из-за отсутствия ссылочного аппарата, вольного отношения к датам и интерпретации событий. В них иногда встречается наивная народная этимология. Но пренебрежительно относиться к ним нельзя – это драгоценный этнографический жанр. Историки долго относились к локальным сюжетам свысока: история села казалась недостойной монографий. Что в ней писать? Жил Кузьма, потом жил Фёдор, у одного было шестеро детей, у другого – восемь. Но из таких «ничего на селе нового» и складывается жизнь. Иван Васильевич Шмелёв не был ни учёным, ни писателем. Он был, как говорят в селе, «обычным мужиком, только грамотным». Но вот создал же «не писатель» свои «мотовиловские хроники». Вписал себя в историю и село сделал уникальным. Ждет летописи, кроме книжной, ещё и другая судьба. В библиотеках живет проект «Арзамасская МУЛЬТ-легенда». Шмелёвские сюжеты будто сами просятся на экран. Вот снимут энтузиасты для детей мультик, а для взрослых – кино «по реальным событиям»! Заживут тетради простого мотовиловского мужика еще одной, новой жизнью.
Александр КУРИКОВ.
Фото автора.
Арзамасский округ.
