РУКИ НЕ ПОДНЯЛИ
Решение общим собранием принято единогласно
«Хотел бы всё сделать для того, чтобы люди работали у себя на родине, в своём родном селе, а зарплата у них была городская». Эту фразу руководитель СПК «Земледелец» Андрей Декалин вскользь обронил в разговоре, но звучит она как программный тезис всей его трудовой биографии. Забота о коллективе в его рассуждениях звучит гораздо чаще, чем подсчёты прибыли. Неслучайно практически любой труженик хозяйства называет место работы «колхозом», а не кооперативом. Уклад жизни тут до сих пор колхозный, а все серьезные вопросы решает общее собрание. Вот и один из «острых» вопросов – сохранять ли животноводческое направление в хозяйстве – Андрей Дмитриевич недавно вынес на общее обсуждение. Но обо всём по порядку.
План нужен, чтобы перевыполнять
Нынешний сезон снова заставил хозяйство держать оборону сразу на нескольких фронтах: сенокос выдался на загляденье, а вот с соляркой беда. Декалин в рассуждениях о сезоне-26 ни разу не пожаловался, но и приукрашивать не стал. Кормозаготовку в этом году язык не поворачивается назвать трудной. Сезон наконец-то порадовал сельчан. Сенокосные угодья в «Земледельце» занимают 500 гектаров, из них на 350 разместился старовозрастной козлятник, на 80 – люцерна, ещё 100 отведено под травы, в этом сезоне это вико-овсяная смесь. Часть участков козлятника в прошлом году подсевали клевером. – Все росло как на дрожжах, – вспоминает Декалин погожие недели июня. – Дожди прошли прямо в нужное время, влаги было предостаточно, и не залило чересчур. Сенокос провели в полном объёме и в сроки уложились. Планировали заготовить 800 тонн сена, а взяли уже больше тысячи, и в эти дни с полей ещё довозят остатки. В дополнение к тому, в хранилищах есть еще прошлогодний запас. Кстати, сено здесь всегда держат под крышей, сохранность идеальная. Сенажа заложили 1100 тонн, в него входят вика, овёс и горох. В прошлом году пробовали горох отдельно – не понравилось, поэтому теперь всё в одном компоненте. И это опять же в дополнение к прежним запасам – с прошлого года сенажа осталось около 600 тонн. Бережливость – одна из традиционных черт языковцев. Сенажом кормят с осени и телят, и коров. Но бурёнок переводят на силос по мере растёла. Его в хозяйстве хватает. Посевы кукурузы на силос в этом году даже сократили с 60 до 40 гектаров, потому что прошлогодний излишек в 1700 тонн не требовал уже такого внимания к «царице полей». В этом году ожидаемого сбора с оставшегося участка в 300–350 ц с га, и итоговой закладки в 1200-1300 тонн «за глаза достаточно», как говорит
На ферме – «заслуженный колхозник»
Животноводство в «Земледельце» не первый год подряд не даёт расслабиться – но отнюдь не из-за кормов. Трудностей в этом цеху множество. Одна из острейших проблем – кадры. Вот только «нарушать ферму», несмотря на все хлопоты, Андрей Дмитриевич отказывается. И его отец, будучи прежним руководителем хозяйства, тоже не раз сетовал, что животноводство доставляет массу проблем, но всё равно сохранял поголовье. А как же иначе, если львиная доля коллектива занята именно в животноводческом цехе? Колхозный уклад не позволяет принимать решения, которые были бы на пользу экономике, но вредили бы интересам людей. «Крутятся» животноводы, пробуют перераспределять усилия. Вот и дойное стадо временно подсократили до 260 с небольшим голов в ожидании «ремонта». Вскоре в возраст войдут полсотни тёлочек, и отставание по поголовью будет преодолено. – Шаг этот вынужденный, я и сам порой задумываюсь – правильный он или неправильный, – рассуждает Андрей Дмитриевич. – У нас традиционно поголовье делилось на два табуна. А сейчас пришлось свести оставшееся поголовье в один. На два пастухов не смогли найти. Да и скотников не хватает. Сокращение провели не вслепую, по контрольной дойке отбраковали самых низкопродуктивных коров. При этом ощутимой потери молока, по подсчётам экономистов, это не дало. Надой сейчас составляет 14,5 литра на голову. Да и осенью табун будет практически восстановлен. Доильный режим пока трёхразовый, переход на двухразовую дойку планируется осенью, по мере естественного спада надоев. Надо отметить, что после перемен нагрузка на доярку выросла, каждая теперь обслуживает по 55-65 голов. Но есть нюанс. Здесь до сих пор практикуют выгон скота в летние лагеря. Это позволяет делать плановый ремонт на ферме. Раньше в одном из лагерей не было молокопровода, и дойка велась вручную. Теперь же, когда все дойное поголовье сведено в один лагерь, где есть и молокопровод, и танк-охладитель. Держится ферма во многом на конкретных людях, ответственно относящихся к делу. В этом году в хозяйстве официально ввели звание «заслуженного колхозника». Помимо общего почёта, звание подразумевает ежемесячную доплату. В числе первых его удостоена Наталья Сергунина. Есть в коллективе и другие заслуженные – их число будет постоянно расти. – Хозяйство в целом на таких людях и держится, – говорит Декалин. – На собрании всем объяснил: закрывать животноводство не намерен, но решение зависит от вас самих. Хотите – поднимайте руки, проголосуем, и тогда избавимся от фермы. Но люди сами сказали: пока есть кому работать, пока есть животноводство – так и село жить будет. Оставили ферму, и это наше общее решение.
Молоко дешевле воды
Далось такое решение непросто. Молочная экономика уже не первый сезон не даёт поводов для радости. Себестоимость литра «белого золота» в «Земледельце» по итогам прошлого года составляла около 23 рублей, в этом ожидают 26-27. Но даже такую себестоимость удаётся держать только потому, что на небольшой ферме затраты возможно снижать, в том числе за счёт собственного зерна на комбикорм. Сдавать молоко удаётся всего по 32 рубля трейдеру, работающему с предприятием давно и честно держащего цену. У многих соседей в округе молоко принимают и вовсе по 27-28 рублей. – Всегда сравниваю с теми товарами, затраты на производство которых заметно ниже наших: литр воды в магазине может стоить до ста рублей, а молоко сейчас почти вдвое дешевле, – разводит руками Андрей Дмитриевич. – В России профицит молока, у переработчиков масло залёживается. При этом зарубежные конкуренты своё молоко нам поставляют, за это обидно всем крестьянам. При нынешних надоях и расходах, признаёт руководитель, молочное производство малорентабельно. Но резать по живому он не готов: в животноводстве занято около 35 из 57 работающих в хозяйстве людей. – Мы умеем зерно растить, картошку собирать, молоко надаивать, – перечисляет Декалин. – На что-то одно переходить не хочу. Возможно, завтра коров у нас и не будет, если жизнь вынудит потерять это направление, но сегодня рад, что оно есть.
Вернулись обратно
Вообще-то, кадровый голод – тема, которая звучит в разговоре с сельчанами каждый раз. Людей не хватает и на дойке, и в сенокос, и в уборочную кампанию. В «Земледельце» подсчитали – порог критичности по механизаторам составляет примерно 15 человек. К этому уровню хозяйство практически подошло. Теперь потеря двух-трёх механизаторов поставит под вопрос всю уборочную и сенокосную кампании разом, потому что работы у хозяйства пересекаются по срокам, а людей на всё не хватает. Несколько мужиков по возрасту уже давно должны быть на пенсии, и продолжают трудиться потому, что не хотят подводить коллектив. Уйдут – что делать? Нужен приток молодых кадров. Андрей Дмитриевич постоянно присутствует в экзаменационной комиссии в местном агротехникуме, помогает студентам с оформлением производственной практики. На экзамене он неизменно спрашивает у выпускников, куда те собираются пойти работать, и почти всегда слышит один ответ: «В город, хотя в хозяйстве можно заработать не меньше, чем в городе». Материальный стимул в хозяйстве стараются поддерживать: с прошлого года базовые ставки подняли на 20 процентов, зарплаты доярок и механизаторов подтягивают к 100 тысячам рублей. Пенсионерам, готовым оставаться, доплачивают к пенсии – лишь бы не потерять специалиста. Труженики и сами видят примеры, что дома – лучше. Кое-кто уже съездил на заработки в Москву и вернулся в хозяйство, поняв, что «в отхожем промысле», скорее всего, обманут и заработать не дадут. Подложили «топливную подушку» Отдельным испытанием сезона стал топливный кризис: с поставками дизтоплива возникли перебои. – Хорошо, что мы успели набрать запас в несколько десятков тонн, приобретя топливо еще по разумным ценам, – рассказывает Андрей Дмитриевич. – Вскоре поставщики начали предлагать солярку уже по 130 рублей. От спекулятивных предложений мы отказались, обходимся до сих пор собственными запасами. Тем, у кого не было «топливной подушки», повезло меньше: топливо им либо не привезли вовсе, либо предлагали по завышенной цене, а без предоплаты никто не получит ни тонны. На фоне топливной чехарды хозяйство продолжает рассчитываться по прежним обязательствам: в августе закрывается лизинг на зерноуборочный комбайн, следом – лизинг на трактор. Из-за тревожной ситуации и с топливом, и с финансами покупку почвообрабатывающего агрегата стоимостью порядка 7,5 миллиона рублей, задуманную давно, пока отложили – решение примут по итогам продажи нового урожая.
Хлебушек ждёт солнышка
К уборке урожая в «Земледельце» давно готовы: зерносушильный комплекс, два новых склада, отряд комбайнов ждут только команды – «Вперёд!» Но торопиться со стартом не намерены. Пока влажность зерна держится выше 20 процентов, нет смысла гнать комбайны в поле. Клейковина сформируется только при полном созревании. Предварительная оценка урожайности не хуже прошлого года; по яровой пшенице виды на некоторых участках свыше 60 ц с га. Сев в этом году прошёл ровно: из 1150 гектаров зерновых 450 занимают озимые, остальное – яровые, в основном ячмень (около 400 га) и яровая пшеница (300-350 га). Зерновую экономику тут просчитывают буквально по копеечке. Себестоимость зерна по прошлому году сложилась около 12 рублей за килограмм. Резервов её снижать, признаёт руководитель, в хозяйстве уже не осталось. А тут ещё и фуражный ячмень в последний сезон почти сравнялся в цене с продовольственной пшеницей, хотя вложения в пшеницу заметно выше. Так что, если цена уйдёт ниже 12 руб. за кг, это «ударит по существованию» хозяйства. И всё же в разговоре Андрей Дмитриевич высказывает осторожный оптимизм и уверенность, что все сезонные трудности крестьяне при коллективной модели хозяйства смогут пережить. – Богато не живём, обстановка сейчас сложная, но своим делом как занимаемся, так и будем заниматься. Сезон, думаю, получится без рекордов, но и без потерь: корма заготовили с запасом, стадо сохранили, топливный кризис надеемся пережить без остановки техники. Урожай, хотя он ещё в поле, надеемся получить достойный. Дождаться бы ещё государственного регулирования ценового разрыва между классами зерна.
Александр КУРИКОВ.
Фото автора.
Шатковский округ.