РЕКА ПЕРЕПИСАЛА МАРШРУТЫ
Почти как в Венеции, но без серенад
Ветер поднимает рябь на воде, и небольшие волны бьют в борт лодки. Под днищем на глубине метра – асфальт. Но ни пройти, ни проехать по нему сегодня нельзя. На время паводка единственным транспортом стали разнообразные «резинки». Под этим термином тут понимают и резиновые лодки, и сапоги, и даже гидрокостюмы. Без такого набора из дома не выйдешь – вода не пускает. Мои резиновые сапоги грибника у местных жителей вызывают только смех. Поэтому перевозчик сажает меня в лодку и помогает переправиться в гости к жильцам домов, уже несколько дней отрезанных от цивилизации.
Как у моря
Задолго до подъезда к затопленному участку почему-то чувствуется запах моря. Река, выйдя из берегов, ведёт себя совершенно безнаказанно и вольно. Электрические опоры стоят в воде по макушки, почтовые ящики лижет волна. На заборе висит объявление о дошиповке зимней резины, выглядящее сегодня сюрреалистично. Неделю назад река Тёша, подпитавшись талыми водами и внезапными апрельскими дождями, вышла из берегов и напомнила жителям низинной улицы – если дом стоит в пойме, рано или поздно вода придёт в гости. Улица Забайкальская в Шатках этой весной опять ушла под воду. На карте посёлка появился новый водный маршрут. Это случается уже не первый раз за десятилетие. Лодки заменили автомобили, а местные жители со вздохом сетуют: с большой водой не поспоришь – можно только приспосабливаться. Действительно, природа сильнее любого плана застройки. В разгар рабочей недели нижняя часть посёлка напоминает Венецию, только без серенад. А вот лодочники-гондольеры есть, и даже весьма востребованы. Слышен мерный плеск вёсел по воде над скрывшимся под нею асфальтом. «Забайкальцы» послушно выполняют деловитые команды перевозчиков: «Садись по одному, спокойнее будет». К широкому половодью тут привыкли, это явление регулярное. А вот паводок, который раньше тоже затапливал улицу постоянно, в последние годы случался уже нечасто. Это недолгое по времени повышение уровня воды из-за быстрого таяния снега в предыдущий раз навещало Шатки в 2024 году.
Беда, но не катастрофа
Ситуация, как рассказывают местные жители, рядовая для этого времени года, хоть и неприятная. Раньше, когда Тёша была заметно более полноводной, такой разлив с затоплением домов случался регулярно. Старожилы помнят, как эвакуацию организовывали на БТРах-амфибиях, как спасали скот, уводя на пригорки. В этот раз уровень воды на пике поднялся на 40 сантиметров выше критической отметки. Подтоплено 49 домов, в которых проживают 102 человека, из них 15 детей. Люди, конечно, сетуют на неудобства, где-то и эмоции берут верх, но от эвакуации все дружно отказались – привыкли. Как рассуждает местная жительница Елена Нефедьева, чей дом на улице Учительской вплотную примыкает к зоне бедствия: «Все же знали, что это место заливает. Мои дедушка с бабушкой тут жили, все с большой водой постоянно сталкивались. Так что были готовы, как действовать, если начнёт затапливать». На затопленной улице у Елены живут двоюродные братья. Сестра за них волнуется и, не доверяя разговорам по телефону, несколько раз в день приходит «на берег», чтобы проверить – высоко ли стоит вода? Дома братьев и стоящую прямо за ними дачу самой Елены Нефедьевой залило вплоть до уровня пола. Подвалы и гаражи давно под водой. Если польёт сильный дождь и уровень воды снова повысится, то река может зайти в гости уже и в дом. Так что на хмурое небо жители Забайкальской посматривают с тревогой. Общее мнение: «Живём как на пороховой бочке».
Пушка вместо печки
Трудности в основном бытовые: в домах сыро, подпорчено имущество. Есть и большие неудобства. У Оксаны Афонькиной из дома № 57 вода зашла прямо в дом. И если на пропавшие заготовки из погребов можно махнуть рукой, то залитые отопительный котёл и печка лишают семью важнейшего ресурса. По ночам теперь холодно. Женщина сделала в доме специальную «капсулу тепла», плотно завесив одеялами и пледами одну комнату. Законопатившись, окружённая водой семья включает электрическую пушку-обогреватель. Это теперь единственное тепло для больного мужа, лежачего инвалида первой группы. Хорошо хоть электричество в доме не отключают. Добраться до дома Афонькиных можно не на всякой лодке. Калитка в ограде, слегка возвышающейся над водой, узкая, и лодки, предоставляемые администрацией, в неё просто не проходят. Выручил добровольный помощник Виктор Капралов. Его узкая, как индейская пирога, лодка «прорвалась в бухту». Дело и впрямь непростое. Сначала Виктор идёт пешком по скрытому под водой асфальту, и вода доходит ему то до колена, то – до пояса. А свернув к дому, он в своём гидрокостюме погружается по грудь в мутную воду. – Вот так и выживаем! – с надрывом говорит Оксана. – Такое с нами уже второй раз, в 2024 году похожая беда была. Вода на улицу в субботу пришла, но сперва её было не так уж много, до крыльца доходила. А в дом она затекла в понедельник в 8 часов вечера. Теперь из-за дождя приходится уровень постоянно мониторить. А вдруг выше пойдёт? Получается: ни в магазин, ни в аптеку мне не выйти. Сейчас вот хлеба нет в доме, лекарств. Не оставить же мне лежачего больного, да и как я выйду? На лодке плыть – это на полдня хлопот. По словам женщины, таких на улице немало. У кого была возможность уйти, те перебрались к родственникам. А ей с больным человеком деться некуда. Надеялась Оксана, что побывает у неё в гостях сын Михаил, но из-за затопления встреча откладывается: – Он у меня с войны пришёл весь пораненный. Пришлось его пока к бабушке отправлять. У него ноги все осколками посекло, операции ему делали. Здесь в сырости Мише невозможно. Да никак сюда и не попасть, даже здоровому-то трудно. «Неужели нельзя было выход найти?» – с горечью спрашивает Оксана. С её точки зрения, если власти уже давно знают о проблеме с подтоплением, то и меры должны были принять загодя. По воспоминаниям женщины, после потопа в 2024 году ничего особенно заметного сделано не было, разве что ближайшие болотца завалены. «Я не знаю, что надёжнее сделать – дамбу или другое сооружение, но что-то нужно сделать. Нельзя так вот топить людей», – продолжает Афонькина.
Нам бы – дамбу
Администрация округа не сидит сложа руки, хотя и чудес не обещает. Замглавы Леонид Крупнов информацию доводит чётко: организованы две лодочные переправы, работающие с 7 утра до 8 вечера. Важнейших ресурсов оставшихся в своих домах жильцов не лишили – электричество и газ не отключались. По словам Леонида Александровича, подвоз продуктов, воды и лекарств был возможен и готовился, но не потребовался – заявок не было. Ситуацию власти мониторят каждые два часа. – В субботу, 4 апреля, с утра произошёл резкий подъём уровня воды в реке Тёша, – поясняет Крупнов. – У нас есть критическая отметка на мосту по улице Федеративной – 2 метра 52 сантиметра. Но произошёл подъём на 26 сантиметров выше критического уровня. Потом вода спала. Но в понедельник пошла вторая волна – уровень поднялся уже на 40 сантиметров выше критического. То есть получилось 2 метра 92 сантиметра. После того как уровень Тёши спадёт, плотину, выше которой прошла вода, раскопают для спуска воды с улицы. Остатки воды в низинах перекачают помпой в русло. Потом дамбу восстановят. Такие же мероприятия были проведены в 2024 году. Тогда «грешили» на забитые коллектор и старое русло. В этом году случилось то же самое. Вода заходит в низину с двух сторон. Стало понятно, что не в коллекторе дело, а в резком подъёме воды выше критического уровня. Вода зашла не через дамбу, а минуя её, сбоку. Ситуация осложняется городской застройкой. Леонид Крупнов сетует: улицу затапливает с древних времён, чтобы решить проблему раз и навсегда, пришлось бы отгородить дамбой весь посёлок. Стоимость проекта – космическая. – Нужно очень много километров дамбы, у нас таких финансовых возможностей нет, – признаёт он. – Это же не просто щебёночно-земляную насыпь сделать. Нужно строить укрепление, иначе вода смоет всю постройку. А в точечных локальных дамбах нет смысла, вода найдёт следующую низкую точку. Нужен человек в сапогах Пожалуй, всё верно, и администрация делает то, что реально в её силах сегодня. Тем не менее, вопрос остаётся. Почему, зная историю затоплений и имея на руках список маломобильных жителей, чиновники ждут звонков или сигналов на сайт? Конечно, можно сказать, что спасение подтопленных – дело рук самих подтопленных… И Оксана Афонькина теперь обязательно обратится за помощью. Однако выглядит это всё как ненужная бюрократическая пауза, за которой судьбы людей. Вроде бы механизм есть, но живое участие запаздывает. Людям в беде иногда нужен не регламент, а человек в болотных сапогах у порога. Который добрался до нуждающегося и спросил: «Чем помочь?» Анализируя ситуацию, напрашивается несколько простых решений. Информирование – понятная система предупреждения для покупающих жильё. Новосёлы (например, семья «с севера», купившая тут дом) просто не осознавали масштаба проблемы, даже видя пометку в документах, что жильё в зоне подтопления. Организация адресной помощи – создание мобильного патруля по подворовому обходу при первом подъёме воды. Чтобы не ждать, пока инвалид дозвонится. Возможна и поэтапная инженерия. Да, многокилометровая дамба дорога. Но повысить насыпь в самых критичных местах или расширить узкие проходы под мостом, чтобы вода уходила быстрее, – задачи пусть затратные, но не катастрофические для бюджета. Жители прямо говорят: «Дамбу не доделали, раньше бы её чуть повыше сделать – и жить можно».
День рождения «водяного»
Отдельная отрадная деталь этой истории – люди в лодках. Они не спасатели МЧС с катерами, а обычные жители посёлка. Виктор Капралов, встретивший день рождения на воде, с веслом в руках, стал для своей внучки личным «дедом Мазаем». Она знает, что с таким дедом не опоздает в школу или на занятия в ФОК. Вместе с ним над асфальтом плавают другие лодочники, организованные для дежурства на воде властями. Дмитрий Беленков, сотрудник ЕДДС, шутит, что здесь у них тоже есть свой час пик по утрам и вечерам. К концу смены у лодочников «руки отваливаются». В этом и есть главная правда шатковского паводка: лодочники не спорят о бюджетах, не предлагают решений на будущее. Они просто перевозят людей через нежданно пришедшие вешние воды. Машут вёслами, чтобы дети попали в школу, а взрослые – на работу. И пока на вёслах держатся свои, шатковские мужики, с бедой, в конце концов, можно и поспорить.
Александр КУРИКОВ.
Фото автора.
Шатковский округ.
